«Как мало нас осталось, – подумал Макинтайр. – И стоит ли это всей беготни и секретности?» Это была очень странная группа, эти жалкие остатки партии Лоялистов.

Норман Мэйнард, прапраправнук человека, открывшего эту планету. Похожий на крысу человечек с язвой, Вителло, прежде был драматургом, а теперь напоминал каменотеса. Кристи, некогда профессор земной истории в Мэйнардском университете, влюбленный в свои собственные учебники и неспособный отречься от родной планеты. Брайсон. Халлерт. Беглецы.

– Ну? – спросил Мэйнард. – Так что же вы обнаружили? Это правда?

Макинтайр кивнул:

– Я видел листовку. Она расклеена на столбах в дюжине мест в центре города. Все, о чем в ней говорится, правда.

Он пересек комнату и сел на старый поломанный диван.

– Там было написано, что каждый гражданин свободной планеты Мэйнард должен постоянно носить при себе удостоверение о том, что он присягнул на верность Республике. Тот, кто не присягнул, лишается гражданства. А в самом низу приписано, что на время чрезвычайного положения суд присяжных отменяется и всем, кто не имеет гражданства, автоматически выносится смертный приговор. – Макинтайр закатил глаза. – Вот и все. Либо доставайте удостоверения, либо готовьтесь к бегству, и побыстрее.

В комнате наступила тишина. Наконец Вителло сказал:

– Что же нам делать?

– А что, по вашему мнению, нужно делать? – спросил Халлерт, худощавый человек с водянистыми глазами. Когда-то он был министром внешних сношений с другими мирами в последнем правительстве Лоялистов. – Либо мы идем в участок и присягаем на верность, либо остаемся здесь и ждем, пока нас не накроют. Долго ждать не придется. В любом случае все предельно просто.

– Мы могли бы позвонить Риттерхейму и принять его предложение, заявил Кристи.

Девять пар глаз устремились на бывшего профессора земной истории.